Культурный слой
№ 34 (2465), 1 апреля 2016 г.

Вышла новая книга Захара Прилепина «Семь жизней»

Прочел «Семь жизней» Захара Прилепина. Сижу с тягостным ощущением. Выпить не захотелось, а за сигарету схватиться захотелось. Да и выпил бы. Потом закурил бы с облегчением.

И начал думать-передумывать, почему в нашей жизни радость с бедой обнимается, а счастье всегда с горем похмеляется. И такое настроение накатило на меня после прочтения финального произведения…

Думаю, что ЗП неслучайно им закончил, получи, мол. Думал, вслушивался в себя и всплыло, вспомнилось гениальное:

Жизнь — обман с чарующей тоскою,
Оттого так и сильна она,
Что своею грубою рукою
Роковые пишет письмена.
Я всегда, когда глаза закрою,
Говорю: «Лишь сердце потревожь,
Жизнь — обман, но и она порою
Украшает радостями ложь.
Обратись лицом к седому небу,
По луне гадая о судьбе,
Успокойся, смертный, и не требуй
Правды той, что не нужна тебе».
Хорошо в черемуховой вьюге
Думать так, что эта жизнь — стезя
Пусть обманут легкие подруги,
Пусть изменят легкие друзья.
Пусть меня ласкают нежным словом,
Пусть острее бритвы злой язык, —
Я живу давно на все готовым,
Ко всему безжалостно привык.
Холодят мне душу эти выси,
Нет тепла от звездного огня.
Те, кого любил я, отреклися,
Кем я жил — забыли про меня.
Но и все ж, теснимый и гонимый,
Я, смотря с улыбкой на зарю,
На земле, мне близкой и любимой,
Эту жизнь за все благодарю.

Ой, не зря у Прилепина корни рязанские! Мистикой вдруг повеяло. А то читал, свинчивал-развинчивал, в механизм построения рассказов вникал, посчитал было, что вник, а фиг вот! Если в книге есть подлинная жизнь, то она все равно властно тебя в себя всосет, прополощет-поковеркает, обмоет и выплюнет. Живи дальше, выбирай пути.

Ужасно, что Захар у меня украл походя такую, мне показалось, лично мою находку, так мне хотелось написать, что для того, чтобы состояться поэту, нужно срифмоваться с эпохой, и Захару, мол, это удалось. Стих хотел даже с этой идеей из себя вытянуть.

А бац! И натыкаюсь в рассказе «Спички и табак, и все такое»: «Не глядя, я отдал ему книжку — в мягкой обложке, зарифмованную просто и красиво — как всяческая человеческая жизнь, где мы не слышим рифм, а они все время есть, на каждом шагу».

Много с чем в книге срифмовался Захар, и каждый читарь ее найдет в ней для себя свои рифмы: и глагольные, и корневые, и ассонансные, всякие. Прототипы кой-каких героев у ЗП и мне ведомы, рихтовочка кое-где нужна, но, если продолжать развивать мысль Павла Басинского о том, что при написании «Обители» Захар планку преодолел, не упала планка, но дрогнула, то мне кажется, что свой вес он в книге взял. Будем ждать новых подходов к более тяжелым.

Автор очень умен и понимает, что у него для этого есть все. Но что и профукать это можно ну если не в миг… да и в миг тоже можно. Поэтому вперед смотреть надо, да и назад оглядываться, не мчится ли за тобой лихая «шестерка», тоже нужно.


Владимир Терехов