Общество
№ 75 (1393), 9 октября 2008 г.

Опыты над совестью

Сравнительная история одного гражданского общества на паре конкретных примеров

Опыты над совестью

В шведском городе Мальмо с 17 по 21 сентября прошел пятый Европейский социальный форум. Порой данное мероприятие именуется ежегодной конференцией движения антиглобалистов. Если это и конференция, то весьма нестандартная по своему формату. Несколько десятков тысяч участников. Сотни семинаров по самым разным темам: от милитаризации космоса до вопросов политизации ислама и феминизма, включая развитие антитехнологий замалчивания информации и вопросы защиты прав тех незаконных мигрантов, для которых европейская «крепость» остается последней надеждой на безопасность. Девиз форума этого года был пронзительно ясен: «Другая Европа начинается здесь».

Для меня мероприятие оказалось своеобразным откровением. Во-первых, я не предполагала, что круговерть лево-ориентированных дискуссий окажется поводом задуматься о роли общества в развитии и упрочении своих демократических институтов. Звучит тяжеловесно, но сетовать стоит только на заезженность некоторых терминов. Их актуальность, между тем, не подлежит сомнению. Вот и выходит, что в очередной раз приходится сравнивать: как у нас, в России, и как у них — на этом самом Западе, который вот уже какой век подряд пытаются определять при помощи прилагательных «загнивающий», «буржуазный», «вырождающийся», «капиталистический».

Нет, я не собираюсь воспевать Западу «осанну». Никуда не деться ни от лицемерной риторики иных из его политиков... Вне всяких комментариев остаются пресловутые двойные стандарты. И порой бросает в оторопь от откровенного цинизма тихого соглашательства с самыми нечистоплотными делами их «партнеров» из числа России, Китая или какой-нибудь иной деспотии, которую можно чуток и потерпеть ради экономических преференций или просто в попытке избежать очередной грубости со стороны «партнеров».

Неожиданно услышала свое имя с другой стороны дороги. Оказалось, знакомый гражданин Европы с местом рождения в Берлине. Нам с Вольфом в августе этого года пришлось вести долгий обмен смсками по поводу очередного задержания всякого рода иностранных граждан в связи с их участием в антиядерном лагере под Нижним. Уже накануне закрытия лагеря им все-таки пришлось столкнуться с негостеприимными нижегородскими правоохранителями и их методикой «борьбы» с подозрительными элементами.

Участникам антиядерного лагеря в Нижнем Новгороде сначала «продемонстрировали» подозрительных молодых людей, похожих на бритоголовых: как в окрестностях лагеря, так и на пикете в центре Нижнего Новгорода, на его Театральной площади. И невдомек было иностранным гражданам, что в перемещения по городу целой группы в камуфляже неонаци просто невозможны, если им не благоволит милиция. На втором этапе операции по отпугиванию нежелательных иностранцев были подключены силы Федеральной Миграционной Службы. штрафом и заканчивающийся высылкой из страны с запретом на въезд в оную.

Раз «напустили» иностранцев, значит, нужно притворяться, что нижегородские «отцы города» своим гостям рады. Хотя бы внешнего приличия ради... А то вернутся в свои европейские демократии и расскажут, что с «большим братом» по «восьмерке» и Совету Европы, кажется, не все в порядке.Вот так и с антиядерщиками в Нижнем Новгороде обошлись. Зарубежный гость России, приехавший на ее территорию по туристической визе, не имеет права проживать в палатке. На то, чтобы разобраться в этих хитросплетенных рассуждениях и доказать свое право на «турист живет там, где хочет», уходит день. Гостей города наконец отпускают, оставляя паспорта как бы на проверку. Наивные антиядерщики думают, что теперь можно отдохнуть. Не тут-то было. Их останавливают зоркие милиционеры и требуют предъявить документы. И никакие объяснения, что их коллеги из ФМС как бы проверяют, не помогают. Остаток дня активные и преисполненные заботы о будущем планеты европейские граждане проводят в обычном российской отделении милиции Канавинского района Нижнего Новгорода.

И заметьте, никакой грубости... Все тихо. Никто не шумит. Никто не ворчит. Европейцы разъедутся по домам и им будет трудно рассказать что-либо конкретное о репрессивной сути путинской России. Ведь их не били. Им не угрожали. Все как бы по закону: без паспорта в кармане по России лучше не гулять, а в палатке нежные иностранцы могут простудиться... Вот и Вольф в кафе шведского Мальмо рассказывает мне: «Удивительная страна... Ведь нас даже в ФМС кофе и шоколадками угощали. Мол, проголодались, бедные...» Как тут не проголодаться, если утром забрали и только к вечеру выпустили. Спросила о планах. Оказывается, опять потянуло в Россию: «Не могу без русского языка. Хочу учить его не так, как заставляли в ГДР», — говорит мне немец Вольф, мобильный номер которого зарегистрирован где-то в Шотландии.

А вот в Мальмо подобным радетелям за «Другую Европу» можно жить в палатках. Целый город шведские военные разбили на несколько тысяч обитателей с кафе, душевыми. Причем сами обитатели были очень даже экологически сознательны: мусор сортируется по сортам и за собой прибирают, исповедуя принцип «не сори у себя в доме».

Мы с финскими друзьями из Комитета защиты мира, редакции газеты «Войма» и Союза социал-демократической молодежи проживали в соседнем с Мальмо городке Лунде. Город студентов, которые и составляют большую часть его жителей. Наша гостиница была в двух шагах от ж/д вокзала. И была весьма необычной. Ее хозяева — студенческий союз города Линда. Целая железнодорожная колея стала причалом для пассажирского состава тридцатых годов прошлого века. Вагон-кафе. Вагоны-комнаты. Вагон-душ. Вагон-спортзал с огромным столом для настольного тенниса. Действуют неписаные «законы»: антиалкогольный и антикурительный. Но принцип демократического плюрализма соблюдается и здесь. Желающие вполне могут «оторваться» на лужайке, на которой стоят столики и кресла, а тихий шелест многочисленных рябин создает атмосферу, располагающую к продолжению дискуссий о судьбе Западной Сахары, Палестины, бедам безземельных крестьян Бразилии, «новым» и «старым» кавказским войнам и поискам ответа на извечный вопрос, а что же со всем этим делать...

Тех, кого регулярно обрабатывают пятиминутками ненависти, пугая врагами внешними и внутренними, легко поднять по приказу и построить в шеренги

В дни Форума в Мальмо получила очередную весть из Нижнего: разгромлен офис экологической организации «Дронт». Все по тому же сценарию, что на себе и ОРЧД испытало, и «Новая» в Нижнем»: какой обыск — что вы! Просто «выемка документов». Все же по закону. Ведь все знают, что производство обыска возможно в рамках возбужденного уголовного дела. А как быть, если не на чем дело возбуждать... Не пришьешь же экологам проведение всяких «безобразий» в виде кампаний «Спасем белька», «История одного дерева» или тот самый антиядерный лагерь.

Обидно, что так обошлись. Но данный акт со стороны государства был легко прогнозируем. Сколько уже в Нижнем прецедентов было? Вот уж, действительно, испытательный полигон по развалу гражданского общества. И не помогли экологам искренние заверения их лидеров о том, что они «чисты от какой-либо политики». Просто у каждого свой черед. В очередь, товарищи, в очередь. Будете молчать — придут за вами.

Мне очень нравилось разнообразие лиц, причесок, нарядов на фестивале в Мальмо. Я просто наслаждалась зрелищем спокойного сосуществования вместе растафарианцев с их войлоком волос, полиции, о которой будет отдельный комментарий, латиноамериканцев в ярких нарядах, девяти коммунистических партий Швеции, настораживающего своими черными масками и капюшонами «Черного блока» — яростных «борцов» с капиталистическими витринами путем их разбивания главным оружием пролетариата булыжником.

Теперь о полиции. Ее было много. Усиление шведам прибыло даже из соседней Норвегии. «Черный блок» и на этот раз заявил о своем существования традиционным для себя «дестроем». После одного из концертов на площади пятерка камнеметателей разгромила витрину обувного магазина. Кстати, ни одна пара обуви при этом не пропала. Полиция, естественно, сомкнула ряды. Был задержан один человек.

Последний день ознаменовался общим маршем участников форума по улицам Мальмо с его населением в четверть миллиона. Колонны «Другой Европы» шли под разными флагами — от зеленых до красных с вкраплениями анархиствующего черного. Шествие продолжалось четыре часа. Оно было веселым и очень дружелюбным. Многие группы сопровождали их любимые музыканты на небольших грузовичках. Кто-то пел. Кто-то танцевал. Я слышала знакомый по детским воспоминаниям о бурных 70-х в Чили «El pueblo unido…» В окнах окрестных домов — множество радушных улыбающихся лиц. На балконах — мамы с детишками. Тоже приплясывают. В толпе показалась размалеванная личина клоуна. Этот клоун, в огромных, с носами, желтых ботинках, раздавал воздушные шарики. Сначала подумалось, что клоун ненастоящий. Но вскоре его лицо выплыло на афише гастролирующего цирка. «Черный блок» прошел отдельной, достаточно многочисленной колонной. Я с удивлением увидела несколько знакомых пар глаз из-под капюшонов. Горели фаеры. Такой же черный, как и участники данной секции парада, грузовичок был украшен лозунгом «Нет компромиссу». Полиция почему-то не реагировала на этих возмутителей порядка утаскиванием их в свои бронированные микроавтобусы. Ведь в этот конкретный день они порядок не нарушали. А что одежка вызывающе дерзкая — так по ней только встречают. Полиция была более озабочена тем, чтобы ее «живые щиты» сохранили местные «макдональдсы» для дня грядущего. Среди полицейских выделялось общительностью особое подразделение «для диалога». Диалог был настоящим. На рядовое исполнение служебных обязанностей эти разговоры «за жизнь» явно не тянули.

И снова возвращаюсь к российским реалиям... В марте 2007 года шеренги худосочных мальчишек на площади Горького в форме солдат внутренних войск пугали тетенек, годящихся им в мамы, а то и в бабушки. Тетеньки кричали: «Что вы тут делаете? Вам не стыдно?» А мальчишки не думали, что делают. Не положено им думать. В этом — страх: тех, кого регулярно обрабатывают пятиминутками ненависти, пугая врагами внешними и внутренними, легко поднять по приказу и построить в шеренги... Мы уже в прошлом с этим сталкивались. Теперь надо попытаться избежать повторения подобных опытов над сознанием и совестью.