Общество
№ 87 (1405), 20 ноября 2008 г.

Пируэты российской дипломатии

Пируэты российской дипломатии

Вы никогда не оказывались в ситуации, когда воочию убеждаешься в том, что ваше родное государство разворачивается к вам спиной? Не фигурально, а вполне буквально.

А мне вот повезло: увидела где — государство, а где его, так сказать, базис. Случилось это во время работы 13-й встречи ОБСЕ по человеческому измерению, которая проходила в Варшаве с 29 сентября по 10 октября. И там родная Российская Федерация в очередной раз опротестовала участие Общества Российско-Чеченской дружбы в работе этого европейского форума.

Маневр чиновников со Смоленской площади под кодовым названием «рядом не присяду» имеет шансы стать традиционным. Давайте представим: огромный зал ОБСЕ в гостинице «Софител Виктория», что на площади Пилсудского в Варшаве. По периметру зала — столы с табличками, указывающими на страны-участницы. Российская Федерация традиционно сидит напротив США. За первым рядом кресел — места сотрудников делегаций и НПО, которые имеют равные права участия. Выступления в порядке очереди: за кем записались, за тем вас и пригласят. Регламент выступлений для всех один: пять минут на пленарном заседании. Услышав, что ОРЧД дают слово, делегация России встает, собирает бумаги, прихватывает кофе и торжественно выносит себя из зала. В прошлом году еще и табличку уносили.

Вот так второй год ОБСЕ наблюдает пируэт российской дипломатии. Меняются только персоналии его арьергарда. В прошлом году замыкающим был Алексей Бородавкин. В этом году отход прикрывал его коллега — посол РФ в ОБСЕ Анвар Азимов.

Демарш этого года случился во время сессии, на которой обсуждалась свобода выражения. И ему, как водится, предшествовала мощная обработка остальных делегаций, а также варшавского офиса ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека. Российский МИД всячески старался не допустить на встречу представителей «неправильных» российских НПО, затратив на убеждение ОБСЕ и зарубежных внешнеполитических ведомств немало времени и дипломатических талантов.

Похожая игра была в прошлом году, когда в ОБСЕ председательствовала Испания. Кабальерос из числа мадридских социал-демократов слишком переживали за охотничьи увлечения короля Хуана-Карлоса. Не дай Бог, его друг Путин обидится и больше не пригласит монарха в российские угодья. И втихую договорились с делегацией РФ, что не зарегистрируют ОРЧД для участия во встрече по террору в Вене, на которой мы собирались выступить вместе с жертвами терактов в Москве, Волгодонске и Беслане.

Тихо не получилось. Испания почувствовала себя неловко. Ряд делегаций начал интересоваться: мол, как же так, страна–председатель, а ведет себя, как испуганный двоечник... Позже подобные вопросы, но в гораздо более неприятной форме, МИДу Испании были заданы ее гражданами.

Тем не менее, дело было сделано. И тогда наши друзья, познавшие на себе горе терроризма в России, зачитали обращение ОРЧД к ОБСЕ. В ответ российская делегация не придумала ничего более умного, как заявить, что жертвы «Норд-Оста», Беслана и Волгодонска — «предатели России». В знак возмущения жертвы терактов и делегация США покинули зал заседаний, а представители ряда европейских стран сделали специальные заявления по этому поводу. Мало того, ОРЧД было приглашено на встречу по человеческому измерению в Варшаве.

Тогда Россия выпустила на арену видного кремлевского политолога Сергея Маркова (ныне депутата Госдумы от «ЕР»), который начал стращать мировое сообщество еще более зловещей угрозой. Примерно так: «Она (то есть Челышева из ОРЧД — Прим. автора) не просто пособница террористов. Она дружит с нацболами. А кто такие нацболы? «Сталин. Берия. Гулаг»».

Здесь необходимо некоторое пояснение. В сентябре 2005 года по Нижнему Новгороду были распространены листовки с недвусмысленными угрозами убить нижегородских правозащитников, подписанные от имени нижегородских нацболов. Столь убогая провокация принудила нас познакомиться с теми, кого авторы листовок попытались представить потенциальными «убивцами». Через некоторое время мы пришли к выводу, что умнику, состряпавшему текст, впору грамоту выписывать за вклад в установление двусторонних отношений между нижегородскими нацболами и ОРЧД.

Своей репризой Марков добился только одного: в ОБСЕ стали приглашать национал-большевиков. Некоторые западные дипломаты до сих пор с симпатией вспоминают прошлогодний визит писателя Захара Прилепина и его объяснения, что такое «акция прямого действия».

Кроме того, полгода назад Россия умудрилась некрасиво поступить именно с подразделением ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека. Причиной стал скандал с визитом наблюдателей на парламентские и президентские выборы. МИД РФ и ЦИК решили иностранцев «не пущать» и серьезно урезали их полномочия. С точки зрения кремлевских ребят, за российскими выборами наблюдать не интересно. Действительно, чего наблюдать? Но с другой стороны, это нам тут все понятно. А любопытные европейцы, видимо, искренне надеялись вникнуть в технологию манипулирования волеизъявлением граждан.

В результате в этом году группа российских «экстремистов» (по лейблам прокуратур разного уровня) была представлена «Голосом Беслана», жертвами теракта в Волгодонске, «Союзом заключенных», созданным летом этого года нацболами, и ОРЧД. При этом посол моей страны обозвал нас «организацией, замешанной в террористической деятельности», хотя в этом преступлении никто в РФ нас пока не обвинял. Другой вопрос, что все перечисленные сейчас ходят под одной статьей — 282.2, экстремизм.

После бегства РФ из зала пленарных заседаний ОБСЕ мы попытались инициировать «конструктивный диалог» с представителями государства российского. Сделали всего лишь попытку коммуникации, из чисто тактических соображений. Поскольку даже на войне одно из главных умений — не потерять способность вести переговоры.

Посол ответил крайней нелюбезностью, предложив отлавливать российский официоз в коридорах. Что ж, понять г-на Азимова можно. Конечно, есть темы, говорить на которые неприятно.

Российский МИД очень старался не допустить на встречу ОБСЕ представителей «неправильных» российских НКО

Неприятно выслушивать из уст жертвы Беслана требование привлечь к ответственности не только террористов, но и тех, кто отдал приказ 58-ой армии расстрелять школу с заложниками из танков. Неприятно слышать их призыв к международному сообществу инициировать международное расследование обстоятельств теракта. «Голос Беслана» передал в ОБСЕ более 2600 подписей жертв и их родных под этим обращением.

Неприятно слышать о безуспешных попытках жертв терроризма заставить государство принять закон о статусе жертв теракта. А без этого закона те «счастливцы» из Волгодонска, кто признан жертвами, числятся «инвалидами детства».

Неприятно слышать и о том, что творится в Чечне, где РФ сначала загнобила все здоровые силы, а теперь не знает, что делать с, прямо скажем, бандой, которой все отдано на откуп.

Неприятно слышать о пытках и жестоком обращении, в результате которых Европейский Суд по правам человека завален делами из России на десять лет вперед. А один только нижегородский Комитет против пыток регулярную направляет в Страсбург очередные порции жалоб.

Крайне неприятно слышать конкретные и громкие имена: Анна Политковская, убитая в 2006; Юра Червочкин, по версии единомышленников, забитый до смерти убоповцами в 2007; Магомед Евлоев, по версии ингушской оппозиции, застреленный сотрудниками МВД в 2008.

То есть это в кулуарах, на лестнице, тет-а-тет — неприятно. А публично, в присутствии европейцев и прессы — просто невыносимо. Потому что ответить на эти вопросы нечего.

А осенняя Варшава была прекрасна… Воскресным утром на центральной площади играл джаз-бэнд. Музыкантам было лет под 80, и играли они песни своей молодости: варшавского восстания 1944 года. Через Королевскую площадь прошел «польский марш»: костюмы, песни, духовой оркестр, снопы пшеницы и караваи на украшенных лентами носилках. На билбордах висели приглашения остановиться в альтернативном хостеле «Good bye, Lenin! Let’s rock!». В кафе и на маленьких рыночках, где фермеры торговали домашним сыром, колбасами и пивом, люди улыбались друг другу.

Российские «экстремисты» ходили по Варшаве и тоже улыбались. Для «Голоса Беслана» и волгодонцев было важно, чтобы ОБСЕ, кажется, осознала свою личную ответственность за справедливость в отношении жертв терактов. Нацболам важно было быть услышанными. Они совершенно искренне удивлялись: «Вот это демократия! Представителю НПО дают столько же времени на выступление, сколько официальной российской делегации. И все его слушают… Мир, наконец, узнал о беспределе российских властей. Все, что творил Кремль в последние годы: незаконные задержания, избиения, убийства — стали предметом изучения. А там и решение Страсбургского суда не за горами. Мы уверены, что оно будет в нашу пользу. Почему? Потому что это справедливо».

Я очень люблю это наивное слово — справедливость. И тоже верю, что две жалобы ОРЧД выиграют в Страсбурге. Потому что требования жертв Чечни, Беслана, «Норд-Оста», Волгодонска, нацболов, кто уходит в лагеря за участие в ненасильственных акциях протеста, всех тех «несогласных» с перспективой стать жертвами обстоятельств и заложниками системы — справедливы.

И поэтому неслучайно, что мы сейчас оказались вместе. Поскольку, кажется, уже научились понимать, что отсидеться не удастся. И что, если ты промолчишь, когда уводят соседа — завтра придут за тобой.