Общество
№ 49 (1463), 15 мая 2009 г.

По ту сторону экрана, или Враг у ворот

Обозреватель «Новой» в Нижнем» Станислав Дмитриевский о некоторых особенностях регионального телевещания

На прошлой неделе, ко Дню великой Победы, телекомпания «Волга» начала трансляцию четырёхсерийного документального фильма «Враг у ворот. Москва 1941». Однако в среду показ фильма прерван без объяснения причин...

Автор и ведущий фильма Леонид Млечин — лауреат премии ТЭФИ, в 2007 году кавалер медали «За заслуги перед отечеством». Лично меня всегда удивляло сочетание в этом человеке сразу нескольких ярких талантов — писателя, историка и кинематографиста. А еще — ясная нравственная позиция, которой так не хватает нынешней российской тележурналистике: говорить правду, какой бы неудобной или несвоевременной она не казалось.

«Враг у ворот» — работа 2006 года. Ее главный рефрен четко выражен в авторском комментарии: «Есть тайны известные немногим. Есть истории, которые не любят вспоминать. Судьба Москвы в 1941-м решилась не в декабре, когда советские войска перешли в контрнаступление, а в октябре, когда немцы могли войти в город. Когда одни в панике бежали, когда другие готовились встретить немцев хлебом с солью и когда третьи сказали себе: «Это мой город, и немцы войдут сюда только через мой труп». Они занимали оборону по всему городу: в центре, на улице Горького, на Пушкинской площади. Они собирались сражаться за каждый квартал, за каждую улицу, за каждый дом, как это будет потом, в Сталинграде. Этот цикл фильмов расскажет вам о самых драматических эпизодах обороны Москвы. Четыре фильма — четыре истории. Трагедия, позор, мужество и вечная Слава».

В понедельник и вторник фильм мы смотрели всей семьей, включая девятилетнюю дочку. В среду в итоговой программе новостей ведущий проаносировал третью серию, а затем на экране вдруг начался рассказ о жизни одной из киноактрис.

Сначала подумалось — наверное техническая ошибка, оператор в студии перепутал... В поздний час дозвониться до телекомпании не удалось. Сделал я это на следующий день, набрав номер программного директора Екатерины Березкиной. И был, признаться, премного удивлен. Оказывается, фильм был снят с эфира после обращения «некоторых ветеранов», которым «не понравились отдельные моменты». Впрочем, голос на том конце провода заверил, что фильм обязательно покажут как-нибудь «после праздника».

Я не знаю, чем в действительности руководствовались на «Волге», принимая данное решение. Однако, исходя из презумпции человеческой порядочности, примем объяснения программного директора на веру. Но тогда профессиональная этика обязывает как минимум объясниться со зрителями. Рассказать, кого конкретно из ветеранов и что конкретно в фильме задело. Возможно, дать высказаться их оппонентам, в том числе из других участников Великой Отечественной. Потому в связи с данной ситуацией возникает множество вопросов. Все знают работу нашей почты — даже если возмущенные граждане утром во вторник пачками начали кидать в почтовые ящики свои отзывы, то в среду «Волгой» эти послания никак не могли были быть получены. Значит, негодование предположительно высказывалось по телефону. Таким образом, теоретически, любой гражданин мог представиться «ветераном». Провели ли сотрудники кампании расследование, кто конкретно им звонил? Не те ли, кто «в панике бежал» и кому такой фильм — кость в горле...

Впрочем, молниеносность снятия программы с эфира — через две минуты после анонса очередной серии — делает более вероятной другую версию событий.

Не мною первым отмечено, что нынешний правящий режим деидеологичен — в своих интересах он берет на вооружение идеи и символы любой идеологии. Сосуществование двуглавого имперского орла и сталинского гимна — яркий образчик этого синкретизма. Но не смотря на это, у нынешней власти все же есть определенная ценностная доктрина, которая усиленно насаждается обществу. Это доктрина холуйства. Ее инструмент — сознательное отождествления Отчества и Вашего превосходительства. Ее императив — любой Начальник всегда прав; все несогласные с презумпцией правоты Начальства суть предатели и враги России. Её сущность — осознанный отказ от различения добра и зла, языческое обожествление государства (персонифицированного в облике его правителей) и оправдание всех совершенных от его имени «свинцовых мерзостей». Ее пропагандистская опора — «огламуривание» как истории нашей страны вообще, так и истории Великой Отечественной войны в частности.

Снятый с показа фильм Леонида Млечина с точки зрения этой доктрины — опасная ересь. Ибо Начальство, которое надлежит обожать и почитать в качестве мистической первопричины всех славных побед России от Рюрика до Путина, предстает в нем, зачастую, в виде голого короля. Особенно пронзителен рассказ о 16–17 октября 1941 года — днях, когда тысячи больших и маленьких партийных руководителей, прихватив барахло, панически бежали из столицы, оставляя на произвол судьбы миллионы москвичей. Когда генералы, потерявшие контроль над собственными частями и скорее в большей степени боявшиеся Сталина, чем фашистов, продолжали посылать в ставку лживые реляции. Когда сам «эффективный менеджер» принял решение сдать Москву, и лишь убежденность только что назначенного Жукова заставила его остаться в Кремле...

Фильм Леонида Млечина проводит чёткую линию между малодушием и героизмом, шкурничеством и самоотречением. И, увы, «дорогие руководители» далеко не всегда оказываются здесь героями. Фильм невольно подталкивает к вопросу — а как бы повели себя нынешние начальнички, дружно прицепившие георгиевские ленточки к антеннам своих «Мерседесов», приди на нашу землю подобная беда?

Так что насчет истории с «ветеранами», извините, сомневаюсь. Больше верится в окрик из обкома. Или как эта богадельня у вас теперь, товарищи, называется?

p.s. Когда данная статья уже готовилась к публикации, мы связались по телефону с ТК «Волга». Ее сотрудник признался, что «звонили не нам» и что «мы не ожидали такой реакции». По его словам, действительно имело место обращение неких «ветеранов» но не в редакцию, а на самый региональный верх. После этого оттуда, «сверху», и поступило соответствующее распоряжение о переносе показа на послепраздничные дни — «чтоб не травмировать ветеранов». Сообщить анкетные данные хотя бы одного из обратившихся наш собеседник затруднился, сославшись на отсутствие информации. Также отказался он назвать и собственное имя.