Политика
№ 130 (1688), 12 ноября 2010 г.

К двум мэрам с одной меркой

К двум мэрам с одной меркой

Сорокин, видимо, рвался к власти с ощущением, что количество отремонти­рованных крыш — смех, а объезды дворов не решат ни одной проблемы. И параллельно возмущался, что в городе не строят пятизвездочные гостиницы

В 2002 году Вадим Булавинов стал мэром, будучи в 39?летнем возрасте. У него был бизнес, в том числе и медийный. Плюс большой опыт в депутатской деятельности — два срока в Государственной Думе и один срок в Городской думе Нижнего Новгорода. Многократно участвовавший в выборах Булавинов довольно хорошо знал несколько районов Нижнего Новгорода. Юридическое образование позволяло ему глубоко вникать в документы. Олег Сорокин был избран главой города в 43 года. Он занимался строительным бизнесом, пять лет проработал в Гордуме. В основном он знает только Нижегородский район, так как дважды там избирался депутатом. В политическом плане он значительно менее опытен и подготовлен, чем Булавинов. В то же время в том, как стартовали в мэры Булавинов и Сорокин, есть нечто общее.

Оба они пришли в Серый дом в результате скандала. В 2002 году после второго тура выборов были арестованы бюллетени. В 2010 году элита наплевала на волю народа и вместо одного главы города появился другой. Восемь лет назад все понимали, что стать мэром Нижнего Новгорода Вадиму Булавинову помог полпред президента в Приволжском федеральном округе Сергей Кириенко. Сейчас Сорокина привел к власти губернатор Валерий Шанцев.

Вадима Булавинова практически все считали опытным политиком, который не имеет достаточного хозяйственного опыта. Именно его политические качества, опыт участия в ­выборах, харизматичность и ­оказались ­востребованы теми, кто в 2002 году привел его в мэрию. Понимая, что новая власть не имеет права на ошибку, политика Булавинова подкрепили крепкими хозяйственниками Александром Мелешкиным и Сергеем Гладышевым. Сам Вадим Евгеньевич проявил амбициозность, став реальным, а не виртуальным главой города. Ему нужно было опровергнуть слухи о том, что в декабре 2003 года он вернется в Госдуму с некоторым повышением.

В отличие от Булавинова образца 2002 года новые хозяева Нижнего Новгорода не знают сомнений. Они готовы сформировать тандем Сорокина и Кондрашова. Сорокина позиционируют примерно так: раз в бизнесе у него всё получилось, то и в муниципальном управлении получится. Хотя это далеко не одно и то же. Сорокин не является политиком, и это тоже никого не тревожит. Схоластические споры о мэре-хозяйственнике или мэре-политике и о том, какой из «компонентов» важнее, идут всегда. И, как ни крути, это противопоставление, необходимость обнаружить крен в ту или иную сторону является важной составляющей деятельности градоначальника. Да, Сорокина знают в элите. Но говорить о том, что его хорошо знают в народе, наверное, не стоит. Отрицательная репутация тоже даёт очки к публичности. Вопрос в последствиях.

Но и во внутрипартийных отношениях не всё так просто, когда есть конкуренция сильного оппонента, типа Булавинова.Можно вспомнить, как Вадим Евгеньевич и Олег Валентинович состязались на праймериз «Единой России» этим летом. Сорокин ведь отдал плацдарм без боя. После чего его команда долго пыталась доказать недоказуемое: мол, результаты праймериз нельзя считать объективными — они не отразили реального расклада сил. А мэр Булавинов просто был популярнее, и более того — шёл на выборы в качестве «паровоза», лидера, который должен привлечь электорат. А вот Сорокин не стал даже популярным депутатом, несмотря на сверхусилия и недешевую выборную компанию.

И все-таки у Сорокина и Булавинова есть что-то общее. Булавинов, несмотря на многолетнюю жизнь в политике и многочисленные альянсы с разными силами, так и остался политиком-одиночкой. Пусть и с неплохо реализованным потенциалом опытного участника последовательной командной игры.

Одиночкой является и Сорокин. У него есть попутчики и временные союзники, тактические связки, но у него нет команды. Я уверен, что Сорокину не на кого будет опереться в Гордуме, если губернатор начнет его ­критиковать, попытается ослабить позиции нового мэра, как он это активно делал с предшественником Олега Валентиновича. Не исключаю, что в подобной ситуации он бросится к Вадиму Булавинову и будет предлагать ему пост сити-менеджера и другие блага.

Булавинов всегда чувствовал себя уверенно и стабильно из-за хороших связей в Москве. Они базировались на депутатстве Вадима Евгеньевича в Госдуме в 1993—1995 годах и в 1999—2002 годах. Все в Ниж­нем Новгороде знали, что за Булавиновым стоит заместитель главы администрации президента Владислав Сурков и видный партийный функционер, а ныне вице-премьер, Вячеслав Володин.

У Сорокина такой поддержки в Москве нет. Возможно, там даже настроены против Сорокина и будут ждать его промахов, чтобы натравить силовиков.

Отдельный вопрос — отношение глав города с губернатором. Все знают, что у Булавинова почти сразу не сложились отношения с Валерием Павлиновичем. Потому, что он не пошел в ученики к мэтру столичного разлива. Сорокин, надо полагать, присягнул губернатору.

Все знают, что в любом регионе между губернатором и мэром областного центра существуют системные противоречия, но лучше всё же дружить, чем враждовать. Правда, у Шанцева свое понимание дружбы, подразумевающее как бы необходимость «друзей» быть под губернаторским игом и при этом получать удовольствие от его же нагоняев.

Недавно удалось услышать интересную точку зрения, которая состоит в следующем. Мол, очень плохо, что теперь власть в целом регионе сосредоточена в одних руках. Всегда лучше, когда есть конкуренция. В том числе и между губернатором и мэром. Даже в среднесрочной перспективе отсутствие конкуренции неэффективно. И в ходе противостояния Шанцева и Булавинова всё-таки принимались оптимальные решения — отсекалось то, что неправильно, хотя могло при этом казаться верным одному из них.

Все мы знаем, что мэр Булавинов пришел во власть, не имея четкого плана действий, продуманной стратегической линии. Кроме того, бюджет города был обременен достаточно большими долгами. Надо было заниматься системным благоустройством, нормализовать деятельность жилищно-коммунального сектора, сбалансировать финансово-бюджетную политику. Со всеми этими задачами Булавинов более или менее справился. Все это было у нас на глазах.

А вот нынешний глава Нижнего Новгорода, видимо, рвался к власти с ощущением, что количество отремонтированных крыш — смех, и километры покрашенных в желто-зеленый цвет бордюров — так себе показатель… А объезды мэром дворов вкупе с лазанием по крышам не решат ни одной городской проблемы. В то же время Сорокин возмущался, что в городе не строят пятизвездочные гостиницы. Разве город должен их строить на бюджетные средства? Булавинов, что ли, запрещал их строить бизнесу под страхом ужасных кар?

Вообще, акцент на крупном бизнесе и его целях и лоббирование интересов строительных компаний на таком высоком уровне — хорошо знакомый подход. Его даже можно назвать условно олигархическим. Ради красного словца.

Зато когда Олег Сорокин сам стал главой города, он совсем в другой тональности заговорил о роли дворников, о программе спила больных и старых деревьев в Нижнем Новгороде.

Еще полгода назад он разглагольствовал: «У нас мэры очень любят хвататься за метелку, а хвататься надо за реальные рычаги управления городом». И вот получив эти рычаги, Сорокин сам готов схватиться за метелку.

В первых же своих интервью новый глава грозится решить проблему дворников в городе. Он ссылается и на обеспокоенность Шанцева по этому поводу. Видите ли, Нижегородская область готова оказать помощь Нижнему Новгороду по комплектации дворниками. Каким образом губернатор это сделает? Похоже на очередной анекдот от Шанцева, когда он сначала скажет, а потом подумает? Понятно, что с дворниками есть проблемы. Периодически к этой теме возвращался и мэр Булавинов. Но неужели здесь нельзя обойтись без всезнающего и вездесущего Валерия Павлиновича? Очень хочется памятник, как у Лужкова, — с метелкой в руках? А может быть, Шанцев и Сорокин хотят быть увековеченными именно как властный дуэт на одной из улиц нашего города?

Умиляют и обещания Олега Сорокина решить проблему ветхого фонда за пять лет, а также вопрос очередей в детские сады. Для этого нужно увеличение доходной части бюджета в разы. За счет чего? Нет внятного ответа. Зато он предлагает освободить от обременений строительный бизнес и компенсировать ему часть кредитной ставки. Все это звучит красиво. Но нельзя наращивать расходы без соответствующего роста доходов бюджета. Мэр Булавинов старался жить по средствам, он оставил город без долгов, хотя принял его с крупнейшими задолженностями. Видимо, Сорокин собирается сделать прямо противоположное.

А в предложениях по поводу любимого новым главой строительного бизнеса тоже нет логики. С одной стороны, Сорокин хочет освободить его от обременений, а с другой — вешает на него ответственность за пожары в исторической части города. А нужен ли такой бизнес страховщикам? У них так много денег? И неужели непонятно, что в пожарах будут заинтересованы и конкуренты застройщика?

В общем, на наш взгляд, пока Сорокин повторяет старые идеи на новый лад, либо озвучивает экспромты, за которыми нет ни расчета, ни перспективы. И ничего своего. Хотя всё только начинается. Или то ли ещё будет?