Политика
№ 17 (1865), 17 февраля 2012 г.

«Заграница нам не поможет»

«Заграница нам не поможет»
Нижегородский парламент последнего созыва работает почти год. После серии зимних протестов, проходивших практически во всех крупных городах России в течение двух месяцев, и вброшенных в интернет фактов о фальсификациях на декабрьских выборах заметно окрепли коммунисты — эти «естественные» оппозиционеры системного политического пространства. В Нижнем у КПРФ традиционно хорошие позиции. И есть подозрение, что следующие кампании приведут сторонников Николая Рябова и Владислава Егорова к успеху. Один из показателей — приток в партию нескольких представителей большого бизнеса. «Новая» в Нижнем» неоднократно писала о том, как братья Кузнецовы и Владимир Буланов примкнули к «красным». Прошёл год. Отчёт о проделанной работе депутата, бизнесмена и коммуниста Владимира Буланова — прямая речь.

–Вы ведь возглавляли департамент поддержки предпринимательства. Одной из главных задач этой структуры всегда было улучшение инвестиционного климата. С должности лидера вы ушли, а направление работы всё ещё актуально. Теперь, когда вы можете смотреть на ситуацию извне, скажите, куда стоит двигаться сегодня — ради роста инвестиционной привлекательности региона?

— Да, я горжусь тем, что работал с Борисом Немцовым и с Иваном Скляровым, возглавлял департамент поддержки предпринимательства. Надо сказать, что мы начинали эту работу впятером. Когда я уходил, наш департамент состоял из 12 человек. Сейчас аналогичная служба при облправительстве содержит уже более 70 человек. В самом начале, 15 лет назад, мы были реально впереди планеты всей по развитию бизнес-среды, бизнес-климата. Мы создавали дома малого бизнеса, устраивали ярмарки для предпринимателей, у нашей лизинговой компании лицензия № 2, выписанная минэкономики. К нам приезжала «учиться» Казань, всем городам и республикам от Калининграда до Екатеринбурга было интересно посмотреть, что мы здесь делаем. Хорошо, что сегодня в области существуют уже десятки лизинговых компаний — в моём понимании это реальное подспорье для тех, кто начинает заниматься бизнесом. Сегодня также действует программа компенсации процентной ставки, создаются дома малого бизнеса и бизнес-инкубаторы — всё это неплохо. Но на сегодняшний день мне представляется, что все те, кто хотел заняться предпринимательством, им и так занимаются, причём не первый год. А вот открытие новых рынков выглядит сегодня достаточно проблематичным из-за отсутствия стартовых капиталов, отсутствия партнёров, из-за отсутствия культуры ведения бизнеса и, в общем-то, пропаганды бизнеса и популяризации среднего класса как класса. В моём понимании бизнес будет развиваться только при условии, что существуют инфраструктура, государственные задачи и госполитика в деле поддержки предпринимательства.

— Вы неоднократно предлагали депутатам и губернатору сделать Нижегородскую Ярмарку центром деловой активности. У вас есть конкретная программа?

— Вы знаете, я помню Ярмарку, на которую приезжали Борис Ельцин, Виктор Черномырдин, Рэм Вяхирев. Ярмарка всегда была лицом нашего Нижнего Новгорода — и 100 лет назад, и 10 лет назад, и 20 лет назад. Это ворота в нижегородскую экономику для нижегородских купцов. Если посмотреть список гостей, приезжающих на Ярмарку сегодня, становится очевидным, что её статусность понижена значительно. В прошлый раз на форуме «Россия Единая» рядом с нашей ассоциацией промышленников и предпринимателей стоял Кизлярский завод по производству коньяков. Мне такое соседство не очень понятно. К сожалению, в моём понимании, процесс, который происходит последние десять лет вокруг Ярмарки, необратим. Ничего кроме исторической, художественной и духовной ценности этот выставочный комплекс из себя уже не представляет. Я сомневаюсь, что мы способны снова сделать так, чтобы на Ярмарку, как прежде, поехали такие люди, как Анатолий Чубайс, Сергей Кириенко, министры промышленности, губернаторы российских регионов и даже главы иностранных государств. И всё же мы можем сделать несколько шагов для того, чтобы повысить статус Нижегородской Ярмарки.

Я предлагал губернатору объявить конкурс на управление комплексом ЗАО «Нижегородская Ярмарка» для того, чтобы туда пришли профессионалы, которые устроили бы мощный пиар и подтянули новых гостей. Также я предлагал губернатору отдать Ярмарку под управление Ассоциации промышленников и предпринимателей. Это было бы хотя бы каким-то шагом для того, чтобы промышленники и предприниматели начали общаться друг с другом на площадках Нижегородской Ярмарки. Я считаю, что было бы логично переселить на Ярмарку министерство промышленности и министерство инвестиционной политики, опять же для того, чтобы все интеграционные связи проходили вокруг этого имущественного комплекса и вокруг этого делового центра. А если этого не сделать, то нынешний коллектив управления Ярмаркой будет и дальше продолжать добивать ту былую мощь, тот былой потенциал, который представляла Ярмарка всего лишь 10–15 лет назад.

— Недавно со своего поста ушёл Евгений Рогачёв. Опять поднялась волна обсуждения вопроса тарифообразования. Насколько мне известно, вы предложили Заксобранию провести депутатское расследование по поводу тарифных ставок электро — и теплоэнергию в области. Есть результаты?

— Ну, сразу отмечу, что расследование было трансформировано в рабочую группу. Это была моя идея, которую поддержала вся наша фракция. И мы были готовы провести в полном объёме депутатское расследование. Я ничего нового не открыл, о необходимости снижать тарифы говорят все, включая первых лиц государства. И я удивляюсь, почему наше региональное правительство, служба по тарифам не принимают мер по снижению ставок.

Ни для кого не секрет, что плата за отопление и горячую воду в Нижегородской области самая высокая в ПФО, выше, чем в Москве. Тарифы на электроэнергию также одни из самых высоких по стране — именно они отпугнули от нас всех потенциальных производителей автокомпонентов и автомобилей, которые, в результате, ушли в Калугу. Но парламентское большинство, которое аффилировано с партией власти, не дало нам провести это депутатское расследование — видимо, не захотели шума. Результаты деятельности рабочей группы? Наверное, как раз отставка Рогачёва, хотя я прямым образом это и не связываю, и отставка руководителя службы по тарифам. Такими результатами я абсолютно недоволен. Я хочу снова подчеркнуть, что депутатское расследование, которое мы предлагали провести, было направлено не на конкретных людей, не на то, чтобы их отправить в отставку и возбудить против них уголовные дела. Результатом депутатского расследования должно было стать существенное снижение тарифов на тепло. Когда мы изучали документы «Теплоэнерго», увидели зазор в 25–30% — это те деньги, которые ­сегодня переплачивают в том числе жители и бюджетные организации. Причём эти деньги не остаются в экономике города, а значит, не дают возможность индексировать зарплаты тем же бюджетникам, устанавливать им надбавки, ремонтировать придворовые территории и далее по списку. Вместо этого мы увидели, что деньги уходят через аффилированные структуры за пределы области и страны. Сейчас я как депутат считаю самым важным не ослаблять давление на местных олигархов-энергетиков до тех пор, пока, во-первых, не прекратится вывод средств за пределы области, а, во-вторых, пока тарифы не будут, наконец, снижены.

— Впереди мартовские выборы, исход которых совсем не очевиден. Но президент в любом случае будет новым. У вас есть к нему пожелания? По поводу взяток, например?

— Про взяточничество и коррупцию можно писать целые новеллы. Есть два хороших примера, как можно справиться с этим злом. Первый — это Китай, где каждый выходной на стадионе взяточников расстреливают. Как их выявить? Да мы их по телевизору видим каждый день, у них же на лицах всё написано. Осталось только подвести статью и грамотно довести уголовное дело до логического завершения. Есть более либеральный путь, который в начале своего правления продемонстрировал Александр Лукашенко. Когда в Белоруссии выявляли человека, который принимал участие в воровстве и тормозил развитие экономики, подсчитывали, какой именно ущерб он нанёс экономике. Человек сажался в подвал, ему объявлялась эта сумма и вручался сотовый телефон. Возместил всю сумму — вышел из подвала. Какую бы из этих двух мер ни выбрал наш новый президент, применение любой из них в разы уменьшило бы число взяточников в России.

–Вы ведь возглавляли департамент поддержки предпринимательства. Одной из главных задач этой структуры всегда было улучшение инвестиционного климата. С должности лидера вы ушли, а направление работы всё ещё актуально. Теперь, когда вы можете смотреть на ситуацию извне, скажите, куда стоит двигаться сегодня — ради роста инвестиционной привлекательности региона?

— Да, я горжусь тем, что работал с Борисом Немцовым и с Иваном Скляровым, возглавлял департамент поддержки предпринимательства. Надо сказать, что мы начинали эту работу впятером. Когда я уходил, наш департамент состоял из 12 человек. Сейчас аналогичная служба при облправительстве содержит уже более 70 человек. В самом начале, 15 лет назад, мы были реально впереди планеты всей по развитию бизнес-среды, бизнес-климата. Мы создавали дома малого бизнеса, устраивали ярмарки для предпринимателей, у нашей лизинговой компании лицензия № 2, выписанная минэкономики. К нам приезжала «учиться» Казань, всем городам и республикам от Калининграда до Екатеринбурга было интересно посмотреть, что мы здесь делаем. Хорошо, что сегодня в области существуют уже десятки лизинговых компаний — в моём понимании это реальное подспорье для тех, кто начинает заниматься бизнесом. Сегодня также действует программа компенсации процентной ставки, создаются дома малого бизнеса и бизнес-инкубаторы — всё это неплохо. Но на сегодняшний день мне представляется, что все те, кто хотел заняться предпринимательством, им и так занимаются, причём не первый год. А вот открытие новых рынков выглядит сегодня достаточно проблематичным из-за отсутствия стартовых капиталов, отсутствия партнёров, из-за отсутствия культуры ведения бизнеса и, в общем-то, пропаганды бизнеса и популяризации среднего класса как класса. В моём понимании бизнес будет развиваться только при условии, что существуют инфраструктура, государственные задачи и госполитика в деле поддержки предпринимательства.

— Вы неоднократно предлагали депутатам и губернатору сделать Нижегородскую Ярмарку центром деловой активности. У вас есть конкретная программа?

— Вы знаете, я помню Ярмарку, на которую приезжали Борис Ельцин, Виктор Черномырдин, Рэм Вяхирев. Ярмарка всегда была лицом нашего Нижнего Новгорода — и 100 лет назад, и 10 лет назад, и 20 лет назад. Это ворота в нижегородскую экономику для нижегородских купцов. Если посмотреть список гостей, приезжающих на Ярмарку сегодня, становится очевидным, что её статусность понижена значительно. В прошлый раз на форуме «Россия Единая» рядом с нашей ассоциацией промышленников и предпринимателей стоял Кизлярский завод по производству коньяков. Мне такое соседство не очень понятно. К сожалению, в моём понимании, процесс, который происходит последние десять лет вокруг Ярмарки, необратим. Ничего кроме исторической, художественной и духовной ценности этот выставочный комплекс из себя уже не представляет. Я сомневаюсь, что мы способны снова сделать так, чтобы на Ярмарку, как прежде, поехали такие люди, как Анатолий Чубайс, Сергей Кириенко, министры промышленности, губернаторы российских регионов и даже главы иностранных государств. И всё же мы можем сделать несколько шагов для того, чтобы повысить статус Нижегородской Ярмарки.

Я предлагал губернатору объявить конкурс на управление комплексом ЗАО «Нижегородская Ярмарка» для того, чтобы туда пришли профессионалы, которые устроили бы мощный пиар и подтянули новых гостей. Также я предлагал губернатору отдать Ярмарку под управление Ассоциации промышленников и предпринимателей. Это было бы хотя бы каким-то шагом для того, чтобы промышленники и предприниматели начали общаться друг с другом на площадках Нижегородской Ярмарки. Я считаю, что было бы логично переселить на Ярмарку министерство промышленности и министерство инвестиционной политики, опять же для того, чтобы все интеграционные связи проходили вокруг этого имущественного комплекса и вокруг этого делового центра. А если этого не сделать, то нынешний коллектив управления Ярмаркой будет и дальше продолжать добивать ту былую мощь, тот былой потенциал, который представляла Ярмарка всего лишь 10–15 лет назад.

— Недавно со своего поста ушёл Евгений Рогачёв. Опять поднялась волна обсуждения вопроса тарифообразования. Насколько мне известно, вы предложили Заксобранию провести депутатское расследование по поводу тарифных ставок электро — и теплоэнергию в области. Есть результаты?

— Ну, сразу отмечу, что расследование было трансформировано в рабочую группу. Это была моя идея, которую поддержала вся наша фракция. И мы были готовы провести в полном объёме депутатское расследование. Я ничего нового не открыл, о необходимости снижать тарифы говорят все, включая первых лиц государства. И я удивляюсь, почему наше региональное правительство, служба по тарифам не принимают мер по снижению ставок.

Ни для кого не секрет, что плата за отопление и горячую воду в Нижегородской области самая высокая в ПФО, выше, чем в Москве. Тарифы на электроэнергию также одни из самых высоких по стране — именно они отпугнули от нас всех потенциальных производителей автокомпонентов и автомобилей, которые, в результате, ушли в Калугу. Но парламентское большинство, которое аффилировано с партией власти, не дало нам провести это депутатское расследование — видимо, не захотели шума. Результаты деятельности рабочей группы? Наверное, как раз отставка Рогачёва, хотя я прямым образом это и не связываю, и отставка руководителя службы по тарифам. Такими результатами я абсолютно недоволен. Я хочу снова подчеркнуть, что депутатское расследование, которое мы предлагали провести, было направлено не на конкретных людей, не на то, чтобы их отправить в отставку и возбудить против них уголовные дела. Результатом депутатского расследования должно было стать существенное снижение тарифов на тепло. Когда мы изучали документы «Теплоэнерго», увидели зазор в 25–30% — это те деньги, которые ­сегодня переплачивают в том числе жители и бюджетные организации. Причём эти деньги не остаются в экономике города, а значит, не дают возможность индексировать зарплаты тем же бюджетникам, устанавливать им надбавки, ремонтировать придворовые территории и далее по списку. Вместо этого мы увидели, что деньги уходят через аффилированные структуры за пределы области и страны. Сейчас я как депутат считаю самым важным не ослаблять давление на местных олигархов-энергетиков до тех пор, пока, во-первых, не прекратится вывод средств за пределы области, а, во-вторых, пока тарифы не будут, наконец, снижены.

— Впереди мартовские выборы, исход которых совсем не очевиден. Но президент в любом случае будет новым. У вас есть к нему пожелания? По поводу взяток, например?

— Про взяточничество и коррупцию можно писать целые новеллы. Есть два хороших примера, как можно справиться с этим злом. Первый — это Китай, где каждый выходной на стадионе взяточников расстреливают. Как их выявить? Да мы их по телевизору видим каждый день, у них же на лицах всё написано. Осталось только подвести статью и грамотно довести уголовное дело до логического завершения. Есть более либеральный путь, который в начале своего правления продемонстрировал Александр Лукашенко. Когда в Белоруссии выявляли человека, который принимал участие в воровстве и тормозил развитие экономики, подсчитывали, какой именно ущерб он нанёс экономике. Человек сажался в подвал, ему объявлялась эта сумма и вручался сотовый телефон. Возместил всю сумму — вышел из подвала. Какую бы из этих двух мер ни выбрал наш новый президент, применение любой из них в разы уменьшило бы число взяточников в России.