Культурный слой
№ 139 (1987), 7 декабря 2012 г.

Трио а-ля фанк

Трио а-ля фанк
Нижегородское Trio Pari$ — это действительно трио, но к Франции отношение весьма далекое — поют на русском, а музыку играют скорее американскую, фанкуют вовсю. Поющий гитарист Артем Авдеев и барабанщик Макс Кошуринов десять лет назад вместе музицировали в школьном ансамбле, а тут встретились и решили тряхнуть стариной. И позвали басиста Глеба Цедринского, у которого с музыкой был примерно такой же полузабытый школьный роман.

Первое, что мне бросилось в уши, — похожесть Trio Pari$ на «Моральный кодекс». Но оказывается, с песнями последних Артем Авдеев не слишком знаком.

— Я русский рок до последнего времени не особо слушал, поэтому не могу судить, насколько мы схожи с «Моральным кодексом». Даже если так, уверен, что у нас сейчас есть свое звучание, свои образы в текстах. С одной стороны, мы не подражаем, не снимаем чужие партии, но с другой стороны, не находимся в вакууме и слушаем много музыки разных жанров, народов и эпох. Бывает, что получается похоже на кого-то, в этом ничего страшного не вижу. Мы относим себя к рок-музыке, но с оговоркой, ведь к року относят совершенно разные, самобытные, неповторимые группы. Шум, агрессивность, запилы на гитарах имеют место быть, но не всегда и не у всех. Да и стиль — это не цель, а средство выразить себя, свое настроение, отношение к окружающему миру. Когда записываемся в студии, у нас больше звуковых дорожек и больше инструментов, но звучим мы мягче, можно сказать попсовее, а вот живьем нас только трое, чтобы не было слишком пусто, приходится играть жестче, плотнее.

— Про «Моральный кодекс» я вспомнил потому, что вы фанкуете. И действительно попсово звучите, чего уж там…

— Это хорошо, что мы именно так воспринимаемся. У нас во многих песнях встречаются джазовые гармонии, иногда диссонансы. Если при этом мы звучим легко — хорошо.

— Я послушал твои акустические пьесы. Они совершенно не в стиле группового творчества. Эта традиция откуда идет?

— Электрогитарой серьезно стал заниматься сравнительно недавно, а сочинять пьесы начал еще в музыкальной школе, и мой мудрый преподаватель Владимир Митяков разрешил мне играть своё на экзаменах. Для такого лентяя, как я, это был подарок: если все учили, например, два чужих произведения, то я — только одно. Вот откуда традиция. И до сих пор сочиняю.

— Притом что вещи у вас легкие, есть песня «Параноик», в ней, правда, мерещится известный роллинговский рифф, но я хотел бы спросить не том, а о строчке — «И как опытный чекист, знаю, что никто не чист». Это иллюстрация к сегодняшней охоте на ведьм?

— У нас на родной почве и Англия с русской душой, и, если перефразировать Лермонтова, «нет, я не Джаггер, я другой…» Песня «Параноик» написана пару лет назад. Музыка сочинилась спонтанно на репетиции — по-моему, Глеб первым сыграл этот рифф, а мы развили идею. Прообраз для текста — один из моих бывших соседей. Он работал в КГБ, потом в ФСБ, а один раз в ходе непримечательной бытовой соседской перепалки, заявил, что наблюдал за нашими окнами, и надо же, у нас часто в три часа утра горит свет на кухне! Разве у нормальных людей может гореть свет в три часа утра? Мне запомнился этот эпизод и человек-параноик, который приучен никому не доверять и во всех искать врагов. Но я пою ее от первого лица, думаю, мы все в той или иной степени параноики. Такова часть человеческой природы. Но после того как песню записали, мне многие говорили, что она социальная, про Путина и тому подобное. А сейчас может кем-то быть воспринята как иллюстрация к актуальным событиям. Это очень интересно, когда с песней такое происходит, она как бы живет своей жизнью. Значит, в ней что-то верно подмечено.

— Как ты думаешь, социальный текст портит песню или украшает?

— Ни то, ни другое. Важнее, кто и как исполняет, насколько выразительно, искренне. Ту же песню «I Can’t Get No Satisfaction» в далеком 1965-м социальный текст не испортил. С другой стороны, надо помнить, что песня не аналитическая статья и не диссертация, поэтому надо суметь емко и просто выразить сложные процессы и свое отношение к ним. У Trio Pari$ есть ещё песня «Дети девяностых», текст которой можно считать социальным, а звучание у нее легкое эстрадное. Не думаю, что у многих групп такое сочетание встречается. Под социальный текст обычно пишут музыку пожестче. Или мелодия и аранжировка вообще уходят на второй план.

— Рок-трио — само по себе жанр. Тут ни за чью спину не спрячешься — все на виду. А какие рок-трио твои самые любимые?

— Muse — эффектные ребята, тем более говорят, что любят Рахманинова. Джими Хендрикс играл часто в трио… Вопрос про трио, а хочется ответить про распавшийся дуэт White Stripes. Интересный был проект и состав необычный.

— У вас в репертуаре, знаю, есть спиричуэлс начала прошлого века…

— Возможно, песня даже старее. Есть версия, что библейский сюжет там играет нетипичную функцию. Слова «wade in the water» («идите по воде») якобы означали призыв для беглых рабов уходить от преследования по воде, чтобы собаки потеряли след. Я запал на эту песню с первого раза. Кстати, это были наши первые шаги по поиску своего стиля и звука.

— Русский рок сегодня в кризисе. Альбомов хороших выходит крайне мало. Что, по-твоему, могло бы вывести его из кризиса?

— Если опять будут серьезные общественно-политические трансформации, не исключаю, что русский рок может подняться из пепла — мало никому не покажется. И тексты будут социальные, и юмор, и сатира. Но даже если это произойдет, рок будет уже другим. Новый взлет рок-музыки может быть связан с падением продаж альбомов. Рок создан для живых выступлений, ведь в нем важнее всего энергия и драйв, а их живьем в клубах или на открытом воздухе ощущаешь гораздо сильнее, чем на записях.