Культурный слой
№ 96 (2237), 29 августа 2014 г.

Хаос как идеология

Михаил Суслов aka «Говорящая мертвая голова» выпускает альбомы раз в 3-4 месяца и, кажется, по количеству релизов в единицу времени уже замахивается на запись в «Книге рекордов Гиннесса». А то, что его альбомы не слишком популярны, — такие мелочи Михаила никогда не смущали. Он последовательно разрабатывает нишу «черной неоромантики», и приверженность стилю его заботит больше, чем успех у публики. На днях вышел 13-й альбом «Говорящей мертвой головы» — «Разговоры о любви». Это 10 песенных лав-сториз.

Обычно музыканты от альбома к альбому растут в мастерстве — как исполнительском, так и продюсерском. Так и альбомы Суслова становятся более внятными, более аккуратными. Однако все же процент хаоса в его песнях стабильно высок. Для Михаила совершенно нормальное дело, когда партия гитар записана чуть ли не поперек барабанного бита. Такой подход к музицированию у «Говорящей мертвой головы» заложен программно. Внутри одной песни Михаил может скрещивать вещи, которые не стал бы скрещивать ни один музыкант мира. Суслов сторонится какой-то бы ни было близости с поп-культурой. Наверное, самым большим оскорблением для Михаила был бы ярлык «попса» для его музыки. Он идеологически андеграунден. И несмотря на то, что сегодня Михаил оброс музыкантами и близится час живой премьеры «Говорящей мертвой головы», альбомы он все еще записывает на домашний компьютер, не прибегая ни к чьей помощи. Лишь гитара и секвенсор.

Впрочем, отдадим должное Михаилу: рок-тексты он писать умеет, и еще как! В каком-то смысле он наследует рецепты рок-поэзии у рокеров Северной Пальмиры Виктора Цоя и Майка Науменко. Это ироническая печаль и бравада с кошками на душе.


Ты убрала бутылки и вдруг увидела меня,

Хотела рассердиться, но обнаружив, что я сплю,

Убежала в ванную и накрасила губы.

Села рядом со мной и, улыбнувшись, шепнула: вставай!

Я вдруг почувствовал, как моей щеки касаются губы,

Открыл глаза и, извинившись, ушел.

Сидя в автобусе, понял, что я полный дурак.

И увидел в зеркале на щеке твою красную метку —

Я сочиню для тебя свою лучшую песню…


— Накопилось много песен про любовь, вот и решил их разом записать, — рассказывает Суслов. — Что-то даже не убралось, поэтому уже начал записывать 14-й альбом «История №4». Тоже, разумеется, про любовь. Я мало касался любви в предыдущих альбомах, восполняю пробел. Писался один, так как группа все еще на стадии репетиций программы. Сложно четырем работающим людям регулярно собираться. А жаль — уже могли бы в Москве отыграть пару концертов, есть приглашения. Думаю, «Разговоры о любви» найдут слушателей в среде неоромантиков. Есть истории грустные, есть веселые. Впрочем, главное в сочинении песен для меня — чтобы песни были с интересными аранжировками и стилистически были в духе русского рока эпохи расцвета. То есть в духе 80-х годов. Но альбом может понравиться даже любителям инди-попа.

— Какие чисто музыкальные новации ты применил на этом альбоме?

— Всегда появляется что-то новое, ведь я в процессе самообучения игры на секвенсоре, клавишных, гитарах, скрипке, трубе, саксофоне. К тому же учусь микшированию — на это уходит 80 процентов времени, потраченного на создание песни. Смешно вспоминать первый альбом «Все ангелы прощаются с тобой» — на нем вообще нет сведения, а голос записан одним дублем без правок. Впрочем, как и все инструменты. И мне никто ничего не подсказывает, до всего дохожу сам.

— Любовь существует?

— И будет существовать всегда. На этом чувстве основана романтика, а я романтик и есть. У меня нет этапа придумывания или сочинительства — я фиксирую уже готовые песни. И уверен, что существуют те, для кого они предназначены, кто-то их обязательно ждет.

— Но в ритмическом отношении у тебя на альбоме как и прежде царит совершеннейший хаос. Мелодия голоса может не сочетаться с общим битом или солирующий инструмент звучит поперек грува…

— Возможно, в ритмах я не мастер, но ведь я пишу песни не для профессиональных дебатов. Интуиция подсказывает, что надо делать. Может, именно поэтому мои треки такие непосредственные и отличаются от клише профессионалов. Я не стремлюсь к залитованным ходам, иду своим путем. Работаю в своем стиле черной неоромантики, а в нем нет жестких канонов в ритме, манере пения и звукоизвлечении. Мне скучны современные ритмы и так называемые «новые звучки». К тому же обожаю сочетать несочетаемое — например, модерн-джаз и церковный орган. Это же прикольно! Характерно, что когда я общаюсь с людьми с музыкальным образованием, они часто указывают: мол, надо по-другому прописывать барабаны или гитару. Но я стараюсь не подчиняться музыкальным канонам.

— А что говорят эти люди о твоих вещах?

— Характеризуют так: песни очень музыкальны. Я всегда стараюсь держаться корней и музыкальности.

— Что такое «музыкальны»?

— Наверное, это когда большое количество разных инструментов в аранжировке — и все они сбалансированы и играют правильные партии.

— Но я как раз замечаю, что партии некоторых инструментов у тебя не увязаны друг с другом…

— Верно и неверно сразу. Инстру­менты играют одну гармонию, но в разных стилях и направлениях. Это и есть нарушение традиций. Взять мою самую новую песню — в ней «нерекомендованная» последовательность аккордов. Плюс босса, плюс «новая волна» и еще нечто фанковое в гитаре.

— Тогда не понимаю, в чем музыкальность? В хаосе?

— Верно, из хаоса каждый может услышать что-то свое, именно хаос породил все музыкальные направления. Так зачем зажимать себя в жесткие рамки? Надо играть одновременно все, что изобретено, и сразу! Знаю, что сегодня я уязвим для критики, но только время расставит все по местам. Для меня нет законов, условностей и ограничений — песня может начинаться с регги и закончиться тушем. Это нормально для меня — в том и суть моих произведений.

— Но ты как музыкант и как автор все равно хочешь понравиться слушателям. А значит, стараешься сделать покрасивее, поразнообразнее, подоходчивее, разве не так? Иначе зачем вставлять столько разных звуков, сочинять разнообразные интро, проигрыши…

— Для меня самое последнее в творчестве — понравиться. Я не занимаюсь ни раскруткой, ни рекламой, не иду на поводу модных тенденций. И даже группу стал набирать только для того, чтобы участвовать в концертах — выступать под минус мне не интересно. Вживую мы вполне обычный пост-панк. Я, конечно, могу писать стандартные рок-баллады в духе «Девушка с характером», но не хочу идти проторенным путем. Хочется создавать нечто необычное…