Культурный слой
№ 9 (2296), 30 января 2015 г.

Кого люблю, того и бью

В рамках проекта «Драма_talk» в этом сезоне в Нижнем Новгороде читают пьесы современных польских драматургов. Не раз на обсуждении приходилось слышать про близость менталитетов двух славянских народов. Интересно, как в Польше отнеслись бы к подобным заявлениям? В любом случае, после «Песочницы» Михала Вальчака о таком родстве никто не вспоминал.

В «Песочнице» прописана модель взаимоотношений между полами. Мальчик Протас или просто Он (Артур Зимин) и девочка Милка — Она (Елизавета Кошевая) играют вместе. Точнее, в одной песочнице. Его игры — старое доброе ультранасилие. Бэтмен в его руках забавы ради уничтожает человечков, вставших на пути героя. Как играет Она со своей куклой, мы не знаем. Мальчик непрерывно комментирует свои действия. Милке остаётся лишь тихонько напевать себе что-то под нос.

Агрессия Протаса вырывается за рамки игры, он силой заставляет Её просить разрешения находиться в его песочнице. Девочке больно, она вся в песке. На следующий день Она приходит снова.

В свою очередь, её оружие — слабость, и она об этом уже знает. Милка жалуется Протасу, что была наказана за игры с ним. В этой жалобе и мольба о сострадании, и бахвальство (Я пришла несмотря ни на что), и стремление сделать Его своим заложником. Ты виноват, служи мне теперь.

Уровень агрессии игрушечного Бэтмена Протаса растёт. Боекомплект снова выпущен в невиновного.

Всякий раз, когда Протас чувствует, что он вот-вот потеряет Милку. он бежит за ней, даже дарит цветы, приглашая к игре.

Она могла бы уйти за дом в другую песочницу. Там мальчик с красивым именем Кароль. Она говорит, что он добрый и с ним можно играть вместе, в смысле вдвоём. Опять жалоба. Но ведь не идёт. Ей с Ним интересней. Её умение быть слабой расцветает только в этом саду. Её игра здесь.

Протас ревнует Её к Каролю. Контроль потерян. Любимая кукла Милки гибнет от рук злодея из очередной истории про Бэтмена. Появление этого злодея — важный момент. Мальчик понимает, что свою агрессию следует прятать за благими намерениями. Мальчик растёт. Бэтмен в руках Протаса впервые не бахвалится своей силой, а пытается использовать эту силу во спасение. Военная операция по принуждению к миру.

Куклу не вернуть. Милка заявляет, что они видятся с Протасом в последний раз. Она переезжает.

Мы не знаем, что происходит в семьях детей. У мальчика очень грязная замусоренная речь. Его агрессивность может быть следствием насилия в семье. Девочка всё время подаёт сигналы о том, что в её доме творится что-то неладное. Пе-ре-езд. В конечном итоге пьеса предлагает следить лишь за тем, что происходит между мальчиком и девочкой. В этом смысле даже Милка — лишь функция. Её задача — сделать из мальчика мужчину.

По-настоящему важно, что у Милки под юбкой. Протас случайно видит это пугающее его «ничто».


ОНА. А в чем дело?

ОН (возвращается к своей игре). Ни в чем, так.

ОНА. Скажи. Ты… стесняешься?

ОН. Еще чего… Нет, ну… только… черт, у тебя ж там ничего нет!

ОНА. Где?

ОН. Ну… под этим… под платьем…

ОНА. Как это — ничего нет?

ОН. Совсем ничего. Вообще…

ОНА. Не понимаю.

ОН. У всех там обязательно что-нибудь есть.

ОНА. Что ты несешь?

ОН. Тебе, наверно, надо сходить ко врачу.


К финалу Протас смиряется с существованием этого чужеродного «ничто». И это победа. Остаётся жалеть Милку, которой вечно (пока она не изыщет своё избавление) придётся искать агрессора себе в пару. Пока не поймёт, что её жалобы касаются только её самой.

Постановщик читки режиссёр Владимир Червяков не поиграл с возрастом действующих персонажей. Зря. Ведь проблема столкновения полов, изложенная в пьесе, актуальна в любую пору. В данном случае песочница — это не маркер, а образ. Когда дети закуривают по сюжету, или когда мальчик несёт букет Ей, мы понимаем: тут не пятилетки резвятся, тут что-то другое. Было бы ценно, если бы в разных сценах герои были разного возраста или, наоборот, резвились в песке сорокалетние оболтусы.

Сценография читки при этом была более удачной. Стол, заполненный смятыми бумагами, легко мог быть воспринят как офисный. Актёры читали хорошо, но мимо. Текст был подан в лоб. Такая вполне себе постановка для детей и юношества. Очень важная постановка, но в зале кафе «Безухов» преобладали взрослые люди. Пьесу в итоге не приняли.

Заслуженный артист России Сергей Блохин выразительно прочитал меню «Безухова», эффектно доказав, что драматичности в этом меню не меньше, чем в «Песочнице» Михала Вальчака. Зритель рукоплескал.

Тут есть вот какой момент. В католическом коде заложено таить в себе до последнего страсти свои. Не дай Бог вырвутся наружу. В итоге, когда они прорываются, это уже ураган, а не мелкое ненастье. «Песочница», несомненно, шокировала западную (польскую) публику. В итоге спектакль по пьесе показали по польскому телевидению. Роман Павловский, автор предисловия к сборнику «Антология современной польской драматургии», в котором опубликована пьеса, утверждает, что её увидели миллионы.

В российском сознании неискоренима максима: «Бьёт, значит любит». Европа ужаснулась бы такому равнодушию. А мы расписываемся в двух вещах, во-первых, в здоровом фатализме, во-вторых, в том, что не изжили в себе первобытные страсти и не боимся её. Насилие в семье — вещь ужасная, но, давайте смотреть правде в глаза, неискоренимая. Если двое в комнате — один из них будет доминировать (пусть даже фотографией на белой стене). И это уже достаточные основания для появления драматургии.

Мы можем рядить себя в одежды цивилизованности сколько угодно, но пепел нашего предка с каменным топором наперевес будет стучать в наше сердце всегда. И в этом смысле «Песочница» очень смелое и точное высказывание, срывающее покровы деланной цивилизованности с межгендерных разборок.